Своё сено
Летом косим и сушим сено на своих полях. Зимой коровы едят его и вспоминают лето.
Свои коровы и овцы, свои поля и молочный цех. Начинали с тридцати овец — теперь их три сотни и полсотни коров.

Произведено в Выборгском районе Ленинградской области
Хозяин фермы. Мы все у него работаем — у нас бывают выходные, у него нет.
Как к нам проехатьДед Глеб — хозяин фермы. Мы все у него работаем. У нас бывают выходные, у него — нет: коровы не в курсе, что существует трудовой кодекс, а сыр не соглашается зреть по графику пятидневки.
Как хозяйство ферма живёт с 2022 года — в посёлке Михайловка Выборгского района. Но началось всё гораздо раньше и куда скромнее: с тридцати овец, ещё до всяких коров. Хотел «немного, для себя», а вышло дело всей жизни.
Отара выросла в десять раз, до трёх сотен; следом появились полсотни коров, а за ними — собственный молочный цех рядом с фермой: чтобы между дойкой и первой партией сыра проходило не полдня, а считанные минуты.
Чем больше становилось хозяйство, тем требовательнее делался Дед Глеб — прежде всего к себе. Корм он заготавливает сам: сено косит своё, на своих лугах, и следит, чтобы в нём была трава, а не пыль.
Такой же спрос и к самому стаду. У каждой коровы здесь имя и характер. Есть тихони, есть вредины, есть та, что первой идёт на дойку и командует остальными. Молоко у всех разное — как настроение.
Но самое сложное на ферме — даже не труд, а ожидание. Сыр созревает неделями и месяцами, и подгонять его бесполезно. Поэтому у нас нет «горящих сроков» — есть готово и не готово, и второе всегда честнее.
А как его по паспорту — Дед Глеб не рассказывает. Да и незачем: о ферме честнее говорят не документы, а сыр, молоко и адрес в контактах.
Летом косим и сушим сено на своих полях. Зимой коровы едят его и вспоминают лето.
С них всё началось: было тридцать, теперь три сотни — отвечают за мясо, шерсть и идеально подстриженные луга.
Пасутся на наших лугах. Каждую знаем по имени и характеру — их столько, сколько можно знать лично.
Молоко не путешествует в цистернах. От коровника до цеха — 20 метров пешком. В твороге остаётся вкус, а не дорога.
Сегодня нас можно получить напрямую — с фермы или доставкой. Скоро добавятся ярмарки и гастрономы Петербурга.
Всё, что выше, — слова. Ниже — то, что проверяется документами и приложением в телефоне.
Каждая партия оформляется с электронными ветдокументами в системе Россельхознадзора. Путь продукта прослеживается от фермы до покупателя.
Вся молочная продукция проходит обязательную маркировку. Отсканируйте код на упаковке в приложении — и убедитесь, что продукт настоящий.
Продукция зарегистрирована в GS1 RUS — национальной системе штриховых кодов: по коду на упаковке товар узнают магазины и кассы.
Продукция подтверждена декларациями безопасности молока и молочной продукции. Полный пакет документов — по запросу, в том числе для опта.
Работаете с рестораном или магазином? Поставляем оптом с документами. Оптовые поставки →
В нашей бутылке — только молоко. В магазинной цене, кроме молока, ещё логистика, полка, маркетинг и посредники. Мы не дороже молока — мы дороже молочного напитка. Это разные продукты.
Так решает корова, а не мы. Зимой молоко гуще, летом на свежей траве — легче и ароматнее. Ровные цифры круглый год получаются там, где молоко разбирают на части и собирают заново.
Потому что оно живое. Короткий срок — признак настоящего молока.
Приезжайте в Михайловку — стадо, отара, луга и цех на месте. Адрес есть в контактах, на этикетке — ИНН и маркировка «Честный знак».
Когда-то их было тридцать — с них всё и началось, так что овцы тут вроде акционеров-основателей. Сейчас отвечают за мясо, шерсть и газонокошение. Овечий сыр пока не варим: если Дед Глеб решится, первыми узнают читатели Журнала.
«Когда продукт носит твоё имя, халтурить не получится»
Не устроит качество — заменим или вернём деньги. Оплата при получении.